О беженцах-сербах в Сербии

ПОЧЕМУ МЫ ЗАБЫЛИ сербских беженцев: Посмотрите как они живут!Обычно кто-то появляется на знаменательные для беженцев даты, такие как годовщина хорватской операции «Буря». Все остальные дни, они забыты …

В коллективном центре в Крньачи сей факт  подтвердила одна беженка, которая с 10 лет, с времен войны девяностых, пришла в Сербию и всю молодость провела в коллективных центрах.

Нам не место здесь.

В то время как сербские дети рождаются и растут в коллективных центрах, потеряв надежду когда-либо начать нормальную жизнь, в соседние казармы начали прибывать лица с Ближнего Востока, ищущие убежища .

Сербы, как они говорят, хорошо уживаются с ними. Они гордятся тем, что Сербия и ее граждане, открыли свои сердца и помогли тысячам мигрантов, но они сами не имеют прав. Тем не менее, даже после 20 лет ожидания лучшего будущего в нечеловеческих условиях коллективных центров, сербские беженцы полны гуманности и понимания мигрантов в беде, которые спят в грязи Белградских парков.

— Мне жаль сирийских беженцев. Я прошла через это испытание. Каждому честь, кто помогает им, — и он должен это делать! Но кто обращает внимание на нас в эти годы, интересуется, где мы находимся и как мы себя чувствуем? Я тринадцать лет здесь. Вы знаете, они должны быть помещены здесь, а не в парках, но нас не должно здесь быть давно. Учиться, работать, бороться за существование на 10 квадратах в бараке! Когда я выхожу в общество, я скрываю откуда я, потому что не хочу почувствовать жалость, – говорит эта 33-летняя женщина.

В немом молчании слышится только звук мяча. Ребята, которые живут со взрослыми в казармах с общим туалетом, играют вдали от города.

Между старыми казармами сушится белье, можно видеть из окна людей на скамейке. Есть также семьи, которые только что прибыли.

— Две недели назад мы пришли. Мы хотели арендовать жилье. Теперь они дали нам жилье, потому что у нас четверо детей, – рассказывает Зоран Чалич, держа на руках шестимесячного сына.

Казармы коллективного центра для беженцев в Сербии

Одна комната для четырех детей

Чалич сбежал из Хорватии, а его жена Наташа из Боснии. Они жили  в сырых жилищах, и даже тогда не могли заплатить за жилье. В то время как идет суета в коридоре, в котором распространяется тяжелый запах влажности, их старшая дочь Катарина говорит свои пожелания:

— Я бы хотела сменить эту комнату, что бы у нас был нормальный дом, в котором не только две комнаты, — сказала она.

Зоран Чалич говорит, что до недавнего времени, он не получал годовой соцпакет .

– Это было примерно три литра масла, 20 килограммов муки, килограмм чая, два-три пакета лапши, две банки рыбы… На весь год, – говорит Чалић. Его сосед Драган Крстич  говорит, что, когда понадобится, найдется кто-то кто поможет, но для этого всегда нужно молиться. – Дети Белграда и дети лагеря сильно отличаются. У меня есть удостоверение личности с Приштине, и если я хочу, чтобы получить белградское, мне нужно найти квартиру в Белграде, и я потеряю статус – посетовал Крстич.

Казарма коллективного центра для беженцев в Сербии

Без квартир 17.000 семей беженцев

Народный депутат Миодраг Линта, президент Коалиции ассоциаций беженцев в Сербии, говорит,что существует Региональная жилищная программа , которая направлена, на решение проблем некоторых из 17000 семей беженцев.
– Для тех, кто не имеют абсолютно ничего, предусмотрено строительство жилья или покупка сельских усадьб, – говорит Линта.

Иван Гергинов, помощник комиссара по делам беженцев, говорит, что в Сербии существует девять официальных коллективных центров, а в Косово и Метохии еще восемь. В них вмещается около 1000 человек, беженцев и внутренних перемещенных. Есть и неофициальные коллективные центры, в которых вмещает около 2500 человек.

Штрабац: Они нам покупали воду

Саво Штрабац, президент Информационного центра «Веритас», вспоминает волны сербских беженцев после  хорватской операции «Буря»

— Я горжусь своими сербами,что они принимают сирийцев! Но горько вспомнить, какими сербы были с нами в 1995 году.Кстати, нам по большой цене продают и хлеб, и воду, и не говорю о топливе. Когда мы подошли  к Белграду, нам закрыли выходы с шоссе в Белград и отправили нас на Косово. Были это уродливые сцены. А мы ехали полные народа, и движимого и недвижимого, и старых, и молодых, и больных и здоровых, – вспоминает Штрбац.

Никола Демоньа: Мы сами себе вечные враги

Для тех, кто хоть что-то знает об истории, лечением беженцев из Сирии, в Сербии уже никого не удивить. Знают, что Сербы во всех войнах были на стороне союзников, оккупированных, подвергшихся нападению.Одних принимают и привечают, другие ютятся в лагерях. И эта практика продолжается и сегодня. Кроме того, известно, что мы сами себе главные враги. Продавали мы бутылки воды друг другу при исторической миграции, последствия неизгладимо плохие для нас. Конечно, мы не должны забывать наших беженцев. Но поскольку 20 лет спустя сербы и далее в коллективном центре, мы можем смело сделать вывод, что они забыты.

 

Перевод на Русский язык из Pravda.rs

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.