Виталий Носков о задержанном в Кургане участнике войны в Боснии Ратко Самаце

Жизнь сербского воина зависит от нравственно-политического выбора Москвы

Хотел бы я поглядеть на того чиновника в Москве или группу лиц, которые дали санкцию Следственному комитету в Кургане арестовать сербского воина Ратко Самаца и решить вопрос об его экстрадиции в исламскую Боснию. Туго у них — с политической ориентацией. Еще хуже с этим у тех, кто арестовал Ратко при поддержке курганского ОМОНа…
Силовиков можно только пожалеть. Этот ОМОН с честью бился в Чечне. И наверняка его сотрудники шли на операцию без энтузиазма. Все случилось, как в поговорке: «Паны дерутся, а у холопов чубы трещат». Кто эти паны, мы наверняка не узнаем. Но то, что в России масса порядочных, неравнодушных людей – вот это главное!
Первая неделя после ареста Ратко была чудовищной для Елены Александровны Кибиревой – русской, православной писательницы, жены сербского воина, израненного в боях с исламскими боевиками на его родине в Боснии и Герцеговине.
Казалось, ей никогда не преодолеть образовавшейся пустоты, несправедливости, вынужденного одиночества. Но ее не оставил в беде духовник, писатель Сергей Шаргунов подготовил и мгновенно опубликовал талантливый материал «Сдача серба», на который с болью откликнулись в России и славянских странах. Блестяще проявили себя «Русская народная линия», сотни ее читателей и Союз писателей России /Комсомольский проспект, 13/.
И если в начале трагически пережитой недели Елена Кибирева столкнулась с равнодушием, активным отторжением курганских системных властей, то к концу недели девятый вал всероссийского людского негодования изменил обстановку вокруг Ратко к лучшему. В ИВС г. Кургана его наконец-то осмотрел врач, и вывод о состоянии здоровья увечного воина был однозначным: серб нуждается в постоянной медицинской помощи и контроле. На момент первого осмотра его кровяное давление было 190 на 100.
Ратко Самац

Ратко Самац

 Оказалось, что в курганском УФМС служат неравнодушные люди. Активно участвуют в судьбе серба депутаты Государственной Думы, центральный аппарат КПРФ и ее курганское отделение. По-отечески откликнулся генерал-полковник Леонид Григорьевич Ивашов. Особая им благодарность!
А теперь о том, кто выдал сербского инвалида войны, да еще и погордился этим – о корреспонденте екатеринбургского «Коммерсанта» Игоре Лесовских. Можно было бы разразиться многословной тирадой по его адресу… Но лучше всего перечитать «Тараса Бульбу» дорогого нашему сознанию Николая Васильевича Гоголя, который устами Тараса завещал на все времена: «Но у последнего подлюки, каков он ни есть, хоть весь извалялся он в саже и в поклонничестве, есть и у того, братцы, крупица русского чувства. И проснётся оно когда-нибудь, и ударится он, горемычный, об полы руками, схватит себя за голову, проклянувши громко подлую жизнь свою, готовый муками искупить позорное дело».
В эти тревожные дни я с особенной теплотой вспоминаю Илью П. – австралийца, которого отец увез из Новосибирска еще ребенком. Далеко от России Илья сохранил прекрасную русскую речь, преданность славянскому миру, и еще юношей уехал воевать за сербов, где получил тяжелое ранение. Потом жил в Москве, стал талантливым издателем и прозаиком.
Была у него одна горькая особенность. В компаниях ветеранов локальных войск он обязательно упрекал россиян, что мы грудью не встали на защиту Сербии, позволили распылить Югославию на несколько этнических государств. Ему вежливо возражали, что несколько сот россиян прошли через сербские фронты, получили увечья, погибли. Иногда оскорбленные русские ветераны пускали в ход кулаки. Но Илья П. оставался непримиримым. Потом он таинственно исчез из Москвы. И где этот сердечный, неравнодушный воин-писатель, никто не знает!
Так же вне поля российского общественного признания оказались те русские добровольцы, кто воевал в Сербии. Что заставляет их таиться, хранить молчание? Теперь понятно, что этоэлементарное соблюдение норм безопасности, недоверие к власти. И если Россия сдаст мусульманской Боснии и Герцеговине этнического серба Ратко Самаца, кто поручится, что следующими не выдадут российских граждан – защитников сербов? Вот она правда: «Закон, как дышло».
Вдвойне странно, что Ратко арестован по договору между Союзом Советских Социалистических Республик и Федеративной Народной Республикой Югославией от 24.02.1962 г. И Европейской Конвенции о выдаче от 13.12.1957 г. Давно убиты СССР и Республика Югославия, и то, что эти мертвые бумажки пока на кону – отчего такое? Неповоротливость, близорукость Министерства Иностранных дела России и наших законодателей? Напрашивается вывод, что российскому государству в современной непростой обстановке надо оперативно решать вопросы безопасности своих граждан и союзников.
Опасность, что Ратко Самац, лейтенант народной армии Югославии, воевавший с террористами против геноцида сербского народа, этнический серб, будет выдан на расправу исламским мстителям, сохраняется. Как тут не вспомнить Юлиуса Фучека, который, погибая в фашистских застенках, призывал: «Люди! Будьте бдительны!»
А пока нашим согражданам, которых волнует судьба Ратко, кому дорого русско-сербское единство, низкий благодарный поклон и пожелание здоровья на светлые дела.
Будем молиться, чтобы верхняя Российская власть проявила благоразумие, государственную мудрость, дальновидность и предоставила Ратко Самацу свободу и политическое убежище.
Виталий Носков, секретарь правления Союза писателей России, дважды лауреат премии МВД России в области литературы, лауреат Всероссийской литературной премии «Сталинград», ветеран боевых действий в Чечне, кавалер ордена Мужества
Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.