Славенко Терзич: «Путин и историческая Россия — большая загадка для Запада» - INFO-BALKAN.RU

Славенко Терзич: «Путин и историческая Россия — большая загадка для Запада»

Бывший посол Сербии в России рассуждает о России, Сербии и ее соседях и о роли Путина в истории. Россия остается близкой для Сербии во всех смыслах страной. Из всех крупных держав только Россия наиболее последовательно учитывает сербские интересы, но сербов упорно пытаются «научить» смотреть на Россию глазами Запада, говорит посол.

Историк, дипломат и член-корреспондент Сербской академии наук и искусств Славенко Терзич посвятил свою обширную научную монографию общей и национальной истории нового времени, прежде всего XIX века и первых десятилетий XX. «Я считаю себя учеником уважаемой белградской исторической школы второй половины ХХ века, которая пользовалась большим авторитетом в Югославии и в мире. Я многому научился у преподавателя профессора Радована Самарджича, человека огромного кругозора и великолепного писателя. Были, разумеется, и другие педагоги того поколения, которые преподавали новейшую историю, такие как Василий Крестич, Йован Миличевич, Михайло Войводич, Драголюб Живойинович, Андрей Митрович, Бранко Петранович и другие. Хотя он не был моим педагогом, я многому научился у профессора Милорада Экмечича после его вынужденного отъезда из Сараево в Белград. Главная область моих научных интересов — история Балкан в XIX и начале XX века, процесс формирования национальных государств и их идеологии, внешнее влияние на эти процессы и политика держав, повлиявшая на их формирование, таких как Османская империя, Австро-Венгрия, Германия и, прежде всего, Россия. «Балканские перипетии интересны для любого историка, но меня в первую очередь интересует проблема сербского национального движения в балканском и европейском контексте. Сербы положили начало национальному перерождению балканских народов, а сегодня они так же разделены, как и полтора века назад», — говорит Славенко Терзич (Slavenko Terzić).

Ekspres: Сербско-русские отношения, начиная с периода после Неманичей (династия в средневековой Сербии — прим. перев.) и до наших дней, оставались константой, которую, однако, иногда омрачали неприятные моменты. Я имею в виду период распада СФРЮ и агрессию НАТО против Сербии. Такие эпизоды на Балканах — тоже константа?

Славенко Терзич: Нельзя забывать, что царская Россия была единственной крупной державой, которая более или менее последовательно поддерживала сербское освободительное движение в прошлые века. В XVI — XVII века помощь оказывалась в первую очередь Сербской церкви в виде книг, икон, утвари, облачений, денег. В XVIII веке наладили более тесное политическое сотрудничество, а в начале XIX века — прямое военное. С другой стороны, многие видные сербы внесли свой позитивный вклад в жизнь Российской империи. Это, в том числе, граф Савва Владиславич, семья Милорадович, многие сербские адмиралы и генералы, служившие в русской армии, а также ученые: Афанасий Стойкович, Федор Янкович де Мириево, Григорий Трлаич и другие. Крупные державы всегда отдают предпочтение своим обширным геополитическим интересам. Россия поддерживала борьбу за объединение сербского народа, но, например, в 1878 году подписала Сан-Стефанский мир, который предполагал создание большой Болгарии отчасти в ущерб сербским интересам. Причины крылись в геополитике: болгарская территория примыкала к Черному морю, Босфору и Дарданеллам и Средиземному морю. Но даже тогда многие русские дипломаты показали пример искренней и братской поддержки. Например, русский консул в Призрене Иван Ястребов и другие. Что касается распада СФРЮ и агрессии НАТО против Сербии, то нельзя забывать, что эти события, вероятно, неслучайно произошли в тот момент, когда и сама Россия переживала своеобразную агонию и не заботилась даже о собственных национальных интересах.

— Такое впечатление, что наши отношения значительно окрепли с приходом к власти в России Владимира Путина?

— Разумеется. Сначала никто не ожидал от Владимира Путина твердой политической воли и ясного государственного видения. Но он постепенно и очень умело смог освободиться от тяжелого наследия 90-х и сделать Россию современной и успешной державой. Это был трудный путь. Наши отношения в тот период, с 2000 года, не всегда шли по восходящей. Часть нашего политического руководства игнорировала Россию, не считая ее страной, с которой стоит укреплять отношения, и все больше ориентировались на Брюссель и Вашингтон. С другой стороны, в Москве тоже не до конца поняли все последствия сепаратистских действий Черногории и ее последующего отделения, которые не соответствовали интересам и самой России. В последние годы наши отношения переживают подъем, прежде всего политический, но и экономический и другие тоже. Российское государственное руководство и российская дипломатия оказывают Сербии постоянную поддержку во всех международных организациях и на всех площадках, когда речь идет о сохранении территориальной целостности Сербии.

— Вы были послом Сербии в России и, как говорят, примерно выполняли свои функции. Какими вы видите эти отношения, и насколько они соответствуют народной поговорке «Бог высоко, Россия далеко»?

— В Москве я прожил шесть лет и восемь месяцев, но также, не будучи резидентом, был аккредитован в Киргизии, Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане. Меня принимали очень тепло во всех кругах российского общества. Но, говоря о России, современной и прошлой, нужно иметь в виду, что в России, как и в любом другом государстве, существуют разные общественные группы с разной ориентацией. Официальная российская политика в отношении Сербии и сербов очень дружественная. Столь же дружественны и славянофильские общественные круги, которые не пользуются значительным политическим влиянием. Но есть и те, кто не проявляют особого интереса к сербам, так как погружены в свои политические и экономические интересы, связанные с Западом. Рядовые российские граждане выражают искреннее братское сочувствие. Но кроме узкого круга специалистов широкая публика довольно мало знает о сербах и Сербии, о нашей истории, культуре, национальных устремлениях. Все еще существует культ Югославии и Иосипа Броз Тито. Его именем названа одна из площадей. И тем не менее Россия остается близкой к нам во всех смыслах страной. Из всех крупных держав она наиболее последовательно учитывает наши интересы и поддерживает их. Но сотрудничество может быть более тесным и содержательным для обеих сторон.

— Вы историк и все анализируете. Поэтому спрошу еще и о том, как вы оцениваете президента Путина. В России многие называют его «царем Путиным», а американский журнал «Тайм» неоднократно выбирал его человеком года. Западные СМИ пишут, что Путин — «автократ и беспринципный защитник своей родины».

— В исторической науке действует принцип, согласно которому для полной оценки личности необходима временная дистанция. Однако уже есть множество аргументов в пользу того, что президент Путин является масштабной исторической личностью с ясным государственным мышлением и политическим талантом. Вы можете представить, сколько потребовалось мудрости, решительности и знаний, чтобы вернуть к стабильной и нормальной жизни распадающуюся на части империю. Сам Путин часто повторяет, что распад СССР стал геополитической катастрофой мирового масштаба. Распался не только СССР — распалась историческая Россия. В создавшемся политическом вакууме к России на территорию бывших советских республик тут же «слетелись» сильные международные игроки, желающие окружить ее и превратить бывшие союзные республики в лютых врагов Российской Федерации. Путину удалось справиться с большинством этих вызовов. Особенных успехов он достиг во внешней политике. Теперь к голосу России все чаще прислушиваются на международной арене. Разумеется, свою роль тут сыграла и хорошая русская дипломатическая школа во главе с министром Лавровым. Путин и историческая Россия — большая загадка для Запада. Благодаря усилиям Путина российское общество стабилизировалось, а власть очистилась от криминала. Что касается западных СМИ, то ни один российский руководитель, который заботится об интересах своей страны, им не понравится. Россия — огромная страна, многонациональная и многоконфессиональная, и у нее есть свои внутренние проблемы. Ее геополитические противники пытаются обострить внутренние конфликты. Но Путин, несмотря ни на что, сумел укрепить и внутреннюю стабильность своей страны.

— Дней десять назад президент Путин распустил правительство, а через три дня выбрал новое. На Западе посчитали, что так Путин готовит почву для своего пожизненного мандата. Что вы думаете об этих событиях?

— Некоторые российские аналитики полагают, что конституционные реформы превратят Россию из суперпрезидентской в парламентскую республику. Другие говорят, что Россия станет парламентско-президентской республикой. В любом случае, заявленная программа конституционных реформ дает больше полномочий и придает веса Государственной думе и Совету Федерации. Также значительно расширяются полномочия Государственного совета, который станет важной частью государственного механизма и системы власти. Большую роль играет и программа социально-экономических реформ: борьба с бедностью, меры для поддержки семей и улучшения демографической ситуации, а также ряд важных мер в области образования и культурной политики, необходимых для укрепления государствообразующей идеи. Меры социального характера призваны предотвратить возможные выплески социального недовольства у широких слоев общества. На мой взгляд, вся эта программа реформ поспособствует внутренней стабильности российского общества, а значит, естественным образом укрепит и международную позицию России.

— Из всех крупных держав только Россия (а с ней, разумеется, Китай) буквально борется за сербские внешнеполитические и национальные интересы?

— На первом месте в отношениях между нашими народами и государствами стоит традиционное многовековое союзничество. Именно оно лежит в основе современных связей. Российскому руководству хорошо известно, что в прошлом сербский народ никогда не предавал этот союз и что сербы никогда не воевали против России. Думаю, российские руководители хорошо понимают цели и далеко идущие последствия распада югославского государства, главной жертвой которого стал сербский народ. Но, несмотря на все страдания и трудности, с которыми столкнулась Сербия в последние 30 лет, она провозгласила военный нейтралитет, не желая вступать ни в один военно-политический блок. Вопреки огромному давлению Сербия так и не поддержала санкции против России, в отличие от некоторых бывших близких союзников России. Москва очень болезненно реагирует на расширение НАТО на восток и убеждена, что Сербия останется верна своей политике и не войдет в этот военный союз, несмотря на тот факт, что она окружена членами НАТО почти со всех сторон. Я не уверен, что определенные российские круги, прежде всего в финансово-экономической сфере, до конца осознают те серьезные вызовы, с которыми столкнулась Сербия из-за того, что последовательно проводит подобную политику в отношении Российской Федерации. Я встречал, правда редко, и тех, кто совершенно не понимает специфики югославского пространства, разницу в ориентации бывших югославских республик и вообще причины и последствия распада Югославии.

— «Другая Сербия» (патриотическое неформальное движение в Сербии — прим. перев.) сочла это «сербской мифоманией», но факт в том, что все бывшие республики Югославии ставят под удар сербские национальные, духовные и культурные интересы. В Словении у сербов на протяжении 30 лет не было личных документов. У них нет права на свой язык, школы, историю. Они не обладают там статусом национального меньшинства. В Хорватии положение сербов плачевно. В Боснии и Герцеговине побеждает идея о том, чтобы упразднить Республику Сербскую, и я уже не говорю о Косово. А Черногория — еще один пример того, как Каин убивает Авеля?

— Вы правы, когда говорите о трагической судьбе сербского народа на территории бывшей Югославии. Часть нашей общественности, правда меньшая, руководствуется двойными стандартами, когда оценивает отношение к нам России и западных держав. На самом деле все сильные державы преследуют собственные геополитические и военно-стратегические интересы, но Россия, пусть она в первую очередь и ориентируется на свои интересы, никогда не воевала против Сербии и сербов. Кроме того, как я уже говорил, Россия — единственная страна, которая поддержала сербскую борьбу за освобождение и объединение. Одна группа наших интеллектуалов заняла абсолютно некритичную позицию в том, что касается политики Запада в отношении Сербии и сербов, а при оценке России поступает совершенно иначе. Западная пропаганда уже несколько веков успешно скрывает свои имперские геополитические интересы, прикрываясь борьбой с «русской опасностью», а теперь — с вредным российским влиянием. Создается впечатление, что нас упорно пытаются «научить» смотреть на Россию глазами Запада. Но я сторонник взвешенного и разумного взгляда на политику держав в отношении Балкан.

— С другой стороны, факт в том, что, начиная с 1995 года, ни одно правительство Сербии не отстаивало сербские интересы в бывших республиках Югославии так, как их к тому обязывает Конституция Сербии.

— Факт в том, что Сербия обязалась заботиться и помогать сербскому народу в бывших югославских республиках, и это совершенно нормально, поскольку так поступают все остальные бывшие республики Югославии, а также европейские государства. Но, во-первых, есть те, кто не в состоянии осознать проблемы сербского народа за пределами Белграда. Во-вторых, над Сербией довлеет пропагандистская идея о Великой Сербии. Причем любую попытку восстановить разорванные культурные, духовные и экономические связи между фрагментами сербского народа стараются немедленно демонизировать, объясняя стремлением к Великой Сербии. Эта бессмыслица глубоко пустила корни, закрепившись в западном, зачастую весьма поверхностном общественном сознании. Что позволено другим, не позволено сербам. Я много раз говорил, что наши старые и новые противники стремятся ограничить сербское политическое и культурное существование Белградским пашалыком. Опасное заблуждение, что таким образом можно достичь стабильности на территории бывшей Югославии и на Балканах вообще.

Источник